Тибидохс: новое поколение продрыгликов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Зал двух стихий

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

0

2

Чудесное субботнее утро. Ярослава всегда считалась в семье ранней пташкой, хотя поспать она не просто любит, а очень-очень любит. Самая большая её активность приходится на промежуток с 18:00 до 6:00. Но этот день пришёлся на краткий период бессонницы, что вспыхивает у неё примерно раз в 2 месяца. Поэтому утро для неё было чудесно.
Перед ней на столе громоздились тарелки со всевозможными блинчиками. ну, а конкретно на её тарелке лежала горочка с вишнёвым повидлом и варёной сгущёнкой. Рядом сидел сонный и периодически зевающий Сима. Само очарование: такой милый и безобидный, кошмарно редкое явление.
Сделав глоток кофе, она оглядела зал: мерный шум, как и обычно, суетливая мелочь, как и обычно, задумчивые преподаватели... теперь уже обычно. Но не Медузия. Эта женщина олицетворяла собой леденящую хладнокровность и пугающую стойкость. Каким-то боком своей души Яна недовольно осознала, что таки уважает её.
Откусив кусище от очередного блинчика, вестимо, уже где-то шестого, она с набитым ртом обратилась к брату:
- Сим, - она проглотила кусок и голос зазвучал нормально. - Как думаешь: долго ещё они будут Тарараха искать? Это уже весьма эпично. Пропал на Буяне и сам Сарданапал его не может найти. Что за жизнь? - в её голосе сквозила ирония и насмешка, она знала, что Медузия, если диалог касается Сарданапала, обязательно услышит. И вот, взгляд суровой преподавательницы уже сверлит хамку, что сидит совсем рядом с преподавательским столом. Скрыв довольную улыбку за очередным глотком кофе, она снова обвела взглядом зал. По лестнице в зал как раз спускалась Вероника. Опа, будет с кем нормально побеседовать.
- Эй, Вероника, иди к нам! - крикнула Яна, махнув рукой.
А всё дело в том, что завтракали близнецы в то утро в гордом одиночестве, хотя истинной причиной является то, что они резко и громко заявили, что им надо поговорить конфиденциально. Связываться с ними - себе дороже. Ну, а сказали они так, потому что просто не хотели пустых разговоров.
- Утречко, Ника, - улыбнувшись, поприветствовала она подошедшую девушку.

0

3

- Блин, Яна, я не хочу никуда идти, - Серафим перевернулся на бок и поплотнее укрылся одеялом. Он спал в комнате у сестры, сама она читала какую-то книжку, сидя на подоконнике, пока не начала его будить.
Не нытьём, так пинками, она всё же подняла его с кровати. Даже не потрудившись переодеться, он быстренько накинул сверху куртку и отправился на завтрак.
Он лёг спать часа три назад, вернувшись с очередного концерта. Не раздеваясь, он перекинулся парой фраз с сестрой и отрубился, едва тело само приняло горизонтальное положение. Он о чём-то хотел с ней поговорить, потому и пришёл, собственно. Хотел, но не помнил уже.
Сестра выбрала блинчиковую скатерть и вот он уже уплетает блины с яблочным повидлом. Зевнув уже в десятый, наверное, раз за утро, он сонно беседовал с ней, попеременно ероша волосы на голове. Шляпу он положил рядом на скамью, а точнее ещё до этого он просто тащил её в руке, словно ему было сложно поднять руку и нахлобучить её.
Это уже восьмой концерт за неделю. Подряд такого ещё не было. Он совсем выдохся. На своих концертах он всегда вкладывает всю душу в свои песни и музыку. Всю энергию, что у него есть, он отдаёт слушателям, в надежде, что истинная суть его музыки, его слов, дойдут до их сердец. Для музыканта нет ничего приятнее, когда слушатель раскрывает своё сердце, впуская в себя это детище, принимая его. Но это выматывает. Даже лопухоидные музыканты, а среди них есть парочка групп, что зацепила Серафима, проделывают такой приём, ведь он отдаёт им не магию, а просто свои эмоции в тот миг, в который он творит дело своего призвания.
Вообще-то, Яна частенько пропадает с ним на концертах, но в последнее время приходит на них всё реже, что Симу не может не настораживать. Поддержка этого человека для него важнее другого. Представьте, что вы шизофреник и ваше раздвоение внезапно устраивает бунт. Каково бы вам было? А тут бунта на лицо нет, но и ситуация непривычная.
- Ладно тебе, - не отставая от сестры, точно так же набив рот, проворчал он. - Скоро найдут, вот увидишь. И вообще, тебе ли жаловаться. Твои слова были, мол, наконец-то что-то интересное, а то столько лет здесь проучились и ничего вопиющего. Жуй и не жалуйся.
Когда рядом со столом появилась Рони, Серафим, как и сестра, приветливо улыбнулся, хотя, стоит подметить, что смотрели они на неё с одинаковым наклоном головы и одинаковой улыбкой, да и сказали в один голос:
- Утречко, Ника.

0

4

Вероника медленно шла в зал двух стихий, одновременно оглядываясь по сторонам и привычно проводя рукой по каждому выступу на стене, чтобы почувствовать под собой «тепло» теней. На пару мгновений она закрыла глаза, когда же открыла их, одна из теней словно случайно перетекла на руку девушке. Так она частенько играла сама со своей способностью и успокаивалась, если что-то девушку тревожило. А тревожил ее все тот же сон с этим волком, который приходил пару раз в неделю, и до которого она смогла дотронуться только сейчас.
Задумавшись, при чем довольно сильно задумавшись, Вероника неаккуратно ступила на лестницу и чуть не слетела с нее кувырком. Наконец обретя равновесие, Рони продолжила свой путь, теперь стараясь идти аккуратней и вообще смотреть под ноги. Она мельком оглянула зал, ища взглядом кого-нибудь знакомых, или, может быть, брата.
Вероника испытывала к Артему странные чувства. Чаще всего она боялась своего брата, из-за того, что он сильнее ее, или из-за того, что он «настоящий» Бейбарсов, а она всего лишь приемная дочь. Но иногда Артем ей был нужен, его мимолетные приветствия и быстрый взгляд. Возможно, Рони где-то в глубине души и любила Артема, но на публике старалась отрицать это.
Вот и зал двух стихий: уже такое привычное, разделенное надвое огненной линией, помещение. Павлины на территории светлых еще дремали, да и сами светлые чуть ли не спали, уткнувшись носом в шоколад, мороженое, кашу, редьку – во все то, чем наградили их скатерти. Рони перевела взгляд на ее любимую, темную сторону. Змеи и скорпионы уже толклись в темных углах. Некоторые, посмелей, подползали ближе к столам.
- Эй, Вероника, иди к нам!
Знакомый голос вывел девушку из раздумий и Рони, прищурившись, сфокусировала взгляд на близнецах Яне и Серафиме. Яна выглядела бодрой и довольной, ее брат же часто зевал и вообще казался вялым.
Девушка направилась к ним.
- Утречко, Ника, - одновременно произнесли близнецы. Вероника всегда было интересно: сговариваются ли они (мысленно, к примеру) перед тем, как сказать или сделать что-то, или же одинаковые жесты и слова вылетают у них совершенно случайно?
- И вам не хворать, - монотонно произнесла Рони. После сна немного болела голова и все еще слипались глаза. Вот пройдет пара десятков минут, и Вероника будет свежа, как огурчик. А пока что ее можно сравнить лишь с вяленой селедкой, и то язык даже не поднимется так назвать Веронику, чтобы не обидеть саму селедку.
- Что у нас тут? Блинчики? Здорово, - сев за стол, Ника положила ладони на стол и замерла, глядя на внушительную тарелку с различными блинчиками. Она либо хотела съесть все взглядом, либо девушке было просто не охота поднимать руки. Поняв, что первая идея у нее не выйдет, Вероника тяжко вздохнула и потянулась левой рукой за блинчиком.
- Что нового у вас? – чисто на автомате поинтересовалась она перед тем, как откусить внушительный кусок блинчика.

0

5

- Нового много, интересного мало, - проглотив очередной кусок, с умильным видом ответила Ярослава, похрустывая пальцами на руках - ещё одна идиотская привычка. - Грусть-тоска меня съедает: Сима всё ещё зевает, - она, не меняясь в лице, ткнула брата пальцем в бок, от чего он недовольно вздрогнул и недовольно посмотрел на неё, как на напроказившее дитя. - Вот тут недавно выяснилось, что есть одно индуистское заклинание, способное дать человеку возможность увидеть сою жизнь от момента рождения, до часа, когда он его произнёс, но как бы со стороны. Вот теперь думаю: как им воспользоваться, если индуистская магия не переносит тёмных?
Она задумчиво потёрла шрам-рубец на левом запястье и снова сделала глоток кофе. Блинчики в неё больше не лезли. Что-то тяжёлое неожиданно ощутилось на ноге девушки. Опустив взгляд, она увидела толстого питона, пристроившегося на её ступне.
- Уберись, пресмыкающееся, - она высвободила ногу и чуть отодвинула змею. - Я тебе на хвостик наступлю, а ты мне ножку проглотишь. Ползи себе.
Яна не боялась змей, напротив: питоны и анаконды - её любимцы, но в тот момент ей казалось, что это животное действительно настроено весьма решительно на месть в случае физического контакта со стороны "подставки". Естественно, Яне не составило бы труда справиться со змейкой, было бы смешно, если бы такая ситуация действительно случилась. Сказано это было просто ради того, чтобы было что-то сказано.
В то утро Яну действительно занимала пропажа Тарараха. Да и Ева сильно переживала за любимого учителя. Вспоминая сестру, она мельком глянула на светлую сторону: она смеялась в кругу своих друзей и выглядела отдохнувшей. Недовольно пробурчав себе под нос, что надо будет ей этого питона в постель подложить, Яна снова включилась в разговор, который теперь вели Сима и Рони.
- О, кстати! Чуть не забыла. Вчера вечером я прогуливалась в парке и почувствовала какие-то странные магические волны, они шли из глубины Буяна, поэтому я ничего не разобрала. Теперь у меня из головы не лезет Тарарах, - да, пожалуй, только Яна умеет говорить что-то серьёзное так небрежно, словно это происходит каждый день, а ей это до лампочки. Дитя своей матери: фиолетово, а что не фиолетово, то оранжево. А что не оранжево - фиолетово.

Отредактировано Ярослава Гломова (2011-09-18 00:53:29)

0

6

Серафим довольно усмехнулся: это он немножко загипнотизировал питона, что лежал неподалёку. Нехитрое дело, если учесть, что здесь живность покорная. Но гипноз развеялся, когда Яна демонстративно подвинула чешуйчатое создание.
Не обращая внимания на пустые высказывания сестры, он включился в беседу с Рони:
- Это смотря, что считать интересным, - он сделал глоток кофе, такого же, как и у Яны, пристально глядя на Рони. - Ну, самое, что ни на есть интересное у меня, пока что, это восьмой подряд концерт, который вымотал меня окончательно, к тому же неизвестно наше расписание на выходные, про следующую неделю вообще думать не хочу, - он чуть ненадолго зажмуился и потёр переносицу.
- Женщина, ведаешь ли ты, что безбожно в столь ранний час поднимать труженика? - он скептически посмотрел на сестру, но она ничего не ответила, просто фыркнув. Действительно. Кому он это говорит?
Услышав заявление сестры, он разом стал бодрее на каких-то несколько процентов.
- Давай подробнее. Не верю, что ты всё это так оставила, - мозаика, по которой сестра пропускает концерты начала собираться. Она опять что-то недоговаривает, бестолочь такая.
Он снова посмотрел на Рони. Она выглядела, как обычный человек с утра, но в глаза ещё блестел отголосок того, что её пробуждение было не из приятных. Он часто видел подобный в своих собственных, то смотря на него из зеркала, или в других, что он видит, стоит ему произнести Яна.
Наши сны - это то, что нам практически неподвластно. Отдаваясь в пелену Морфея, мы можем получать предсказания, предостережения, видеть прошлое, видеть то, что хотим или же просто избавляться от усталости и смотреть во сне абракадабру. Мы можем уснуть и без сновидений, но какой от этого плюс? Даже в кошмарах есть своя толика пользы, по крайней мере так думают близнецы.
Иногда им снится, что их разделяют, а они кричат и пытаются схватиться за руки, но ничего не получается. И они смотрят на то, как их убивают: сначала одного, потом другого, и только во сне по их щекам текут горькие, холодные слёзы, а лёгкие содрогаются от нехватки воздуха. А потом они просыпаются, измученные, сбитые с толку. Либо сразу бегут удостовериться, что с каждым из них всё в порядке, либо, очнувшись в кровати, прижимаются друг к другу, поплотнее укрываясь одеялом. В такие моменты они понимают, что такое настоящее чувство страха, которое они в принципе вообще не испытывают. И это ценно, потому что только дурак ничего не боится.

Отредактировано Серафим Гломов (2011-09-18 00:52:22)

0

7

- Нового много, интересного мало. Грусть-тоска меня съедает: Сима всё ещё зевает. Вот тут недавно выяснилось, что есть одно индуистское заклинание, способное дать человеку возможность увидеть сою жизнь от момента рождения, до часа, когда он его произнёс, но как бы со стороны. Вот теперь думаю: как им воспользоваться, если индуистская магия не переносит тёмных? – говорила Яна, пока Вероника поглощала различные блинчики. После пяти она уже не могла нормально сидеть.
- Ты у Абудллы спроси. Он наверняка знает, как можно будет обойти ограничение… ну или найдет что-нибудь похожее.
- Это смотря, что считать интересным, - присоединился к разговору  Серафим, - Ну, самое, что ни на есть интересное у меня, пока что, это восьмой подряд концерт, который вымотал меня окончательно, к тому же неизвестно наше расписание на выходные, про следующую неделю вообще думать не хочу.
- Восьмой? – удивлено спросила Вероника, - популярность зашкаливает или оптимизм?
Она потянулась, на пару секунд закрыв глаза. После обильной еды в сон клонило сильнее, и Рони еле-еле разомкнула вначале правый, потом и левый глаз. Девушка взяла в руки стакан с яблочным соком и отпила примерно половину.
- О, кстати! Чуть не забыла. Вчера вечером я прогуливалась в парке и почувствовала какие-то странные магические волны, они шли из глубины Буяна, поэтому я ничего не разобрала. Теперь у меня из головы не лезет Тарарах, - внезапно произнесла Яна, отчего не ожидавшая этого Рони закашлялась – сок попал не в то горло. Когда она откашлялась, девушка, нахмурившись, перевела взгляд на Склепову младшую.
- Ну конечно, в школе непонятная ситуация, дождь, молнии и все остальное, связь с миром потеряна. Это никак не просто так.
Заметив, что на нее смотрит примерно половина преподавателей, Вероника прикусила себе язык.
- Но больше подробностей я не знаю, и как-то не тянет узнавать, – нарочито громко закончила она фразу. Подождав, пока взрослые наконец отвлекутся от нее, Вероника вздохнула.
- Фи, а я-то думала, что из меня шашлык сделают. Ну, так что там?

0

8

- Фи, а я-то думала, что из меня шашлык сделают. Ну, так что там?
Ярослава, ослепительно улыбаясь, представляла собой в тот момент, само послушание. Буркнув себе под нос заклинание против подслушивания, она изо всех сил старалась не показывать того, насколько сильно пламя ненависти внутри. Она ненавидела себя за произошедшее. И ненавидела того, кто посмел так поступить.
- Рони, ты ведь тоже хочешь узнать, что происходит? - она впилась глазами в лицо девушки, словно хотела загипнотизировать и не отводила взгляд до конца своего рассказа. - Человеческое любопытство потому и не порок, что не знает границ... Вчера у меня закончилось терпение, поэтому я и решила попробовать узнать, что за дела такие творятся. И этот грёбаный дождь, и вся эта отвратительная погода, всё это мне жутко надоело, - она сделала короткую паузу. - Чем дальше я заходила, тем сильнее становилась тревога в душе. Это похоже на заклинание, очень древнее и сложное, потому что оно работает на инстинктивно-подсознательном уровне, не привлекая внимания. В какой-то момент я начала чувствовать странные сгустки магической энергии, но у меня всегда было плохо с подобными вещами. С каждой минутой тревога всё больше перерастала в страх, но я же осёл, как-никак. Когда почувствовала, что сгустки энергии стали похожи на волны... Я развернулась. Даже не успев толком ничего понять, я шла обратно в Тибидохс. Меня отпустило только в комнате. А потом ввалилось это чудовище, - она посмотрела на Серафима, который, как ни в чём не бывало, продолжал уплетать блинчики.
Ярослава как-то тихо вздохнула и потёрла шею, прикрыв глаза. Её любопытство было готово сожрать её за бездействие.

0

9

- Восьмой? – удивлено спросила Вероника, - популярность зашкаливает или оптимизм?
- Хамство у кого-то не в меру зашкаливает, - усмехнулся Серафим, в очередной раз растрепав волосы. - Мы трижды подменяли одних оболтусов, в придачу один из концертов был заказан Грызианой. Вот тебе и график.
Он говорил раньше сестры, поэтому её слова прозвучали резко, словно не в тему. Он задумчиво слушал рассказ Яны, прекрасно представляя, что сестрица с делает с тем человеком, что развернул её, окутав страхом.
Усмехнувшись, он сделал глоток кофе и вспомнил, как сам когда-то попал под подобное заклинание. Только его наложила Медузия при сдаче экзамена. Он попросту вляпался в руну, что была начерчена на одной из стен. Выпускной экзамен от Медузии представлял собой комнату, наполненную руками и парочку совсем простенькой нежити, которую из-за идиотского действия рун можно было принять за что угодно. Естественно, подержаться в аудитории необходимо было час. Помнится, тогда весь экзамен Серафим просидел рядом с Яной, которая ехидно усмехалась и теребила его волосы, не давая пойти куда-либо. Вскоре действие руны рассеялось и Сима смог понять, что Медузия элементарно хотела показать им, насколько страх захватывает и подчиняет человека. Что самое интересное - три человека выбежали из комнаты, когда кто-то вызвал оборотня. Но он оказался каким-то мирным, в придачу сам вляпался в руну. В общей сложности в ловушку Медузии попались четверо, трое благополучно повызывали нежить, от которой потом кое-как отбивался курс.
А потом ввалилось это чудовище, - она посмотрела на Серафима, который, как ни в чём не бывало, продолжал уплетать блинчики.
- На себя посмотри, злодей, - засмеялся Серафим. - Сидишь тут, как строящий козни хмырь и дуешься, - он перевёл взгляд на Рони. - У вас на курсе без паники? Надеюсь, никто не пытался покинуть школу? - ему было интересно поведение младших, всё же, в этом возрасте они подвластны той ситуации, в которой находятся. Мозгов мало - импульсивности много. Но, на счастье, это не ко всем относится.

0

10

Рина была даже хуже чем шторм и гроза, начавшиеся за стенами Тибидохса. Да ей в принципе было всё равно на погоду, лишь бы самой не замёрзнуть. Но именно сейчас Рина мёрзла крепко. Шагая твёрдым шагом к Залу двух стихий, на ней была одета лишь хлопковая ночнушка чуть выше колен и тапочки в виде зайцев. Не самый хороший вид для тёмной, но Олли было особо одинаково, как она сейчас выглядит. Поправив сумку на плече, Рина вошла в зал.
Большинство учеников уже проснулись и теперь громко разговаривали на своих половина. Как обычно, половина светлых искрилась и индюшатина (как называла павлинов Рина) бестолково металась туда-сюда. Хаотичные движения злили девушку ещё больше, по этому Рина быстрее вбежала на свою сторону. Её ногу мгновенно обвила анаконда, которую Царь случайно оживила из энциклопедии. Украшенная короной и множествами бус, змея выглядела довольно смешно, но не стоит себя обманывать – её укус смертелен.
Аккуратно вытянув ногу , Рина всмотрелась. Ни линз, ни очков на ней не было, поэтому девушка довольно плохо видела. Наконец-то перед глазами очутилась Ника. На появление подруги Рина среагировала мгновенно:
- Бейбарсова! Ты случайно не знаешь, почему это я сегодня проснулась в башне привидений? – возмущению девушки не было предела., так что Ника и рта не успела раскрыть, как Царь продолжила. – Я же тебе, между прочим, начала рисовать новую кофточку! А ты же знаешь, что когда я рисую, то забываюсь и способна на что угодно! Где были твои бесстыжие глаза?
Гнев, как и пыл поорать, заметно убавился и Рина выдохнула. Фух, закончила. Теперь можно и поесть.
Бесцеремонно усевшись рядом с Вероникой, Орлиана схватила первое, что попалось под руку. Оладья. Так, сегодня я не на диете, так что можно есть.

Отредактировано Орлиана Царь (2011-09-19 17:34:21)

0

11

- Хамство у кого-то не в меру зашкаливает, - начал пояснять Веронике суть дела Гломов. - Мы трижды подменяли одних оболтусов, в придачу один из концертов был заказан Грызианой. Вот тебе и график.
- Все ясно, - Рони нахмурилась, - ну что тут сказать, не завидую тебе.
- Рони, ты ведь тоже хочешь узнать, что происходит?
Вероника повернула голову в сторону Яны и их взгляды встретились. Наблюдателю со стороны могло показаться, что девушки сверлят друг друга, словно дрелью, и что сейчас начнут полыхать искры от их глаз.
- Человеческое любопытство потому и не порок, что не знает границ... Вчера у меня закончилось терпение, поэтому я и решила попробовать узнать, что за дела такие творятся, - продолжила она.
Вероника слушала внимательно, также не отводя взгляда от Яны – ведь отведи она взгляд, это могло бы считаться проигрышем, даже если и не было боя.
- Когда почувствовала, что сгустки энергии стали похожи на волны... Я развернулась. Даже не успев толком ничего понять, я шла обратно в Тибидохс. Меня отпустило только в комнате, - тем временем закончила свой рассказ Яна. Вероника вздохнула.
- Вполне может быть, что…
Вероника замерла. Она прищурилась и начала прислушиваться к окружающим звукам. Тяжелое дыхание, шорох мягких тапочек по полу… Олли?
- Бейбарсова! Ты случайно не знаешь, почему это я сегодня проснулась в башне привидений? –заверещал над ухом такой знакомый и родной голос Орлианы. – Я же тебе, между прочим, начала рисовать новую кофточку! А ты же знаешь, что когда я рисую, то забываюсь и способна на что угодно! Где были твои бесстыжие глаза?
- И тебе привет, - спокойно отреагировала Вероника, - ну откуда я могла знать, что ты не хочешь, к примеру, нарисовать себе пару-тройку стаканчиков колы, или запасной туалет где-нибудь в коридоре? Вот. Ты мне ничего не сказала, а значит, обвинения не действительны. А что за кофточка?
Вероника зевнула. Закрыв один глаз, она вновь вернулась к Яне.
- Давай в следующий раз группой пойдем и проверим.
Не зная, между кем разрываться - между Гломовыми или Царь, Вероника села прямо. Ее взгляд встретился с кем-то из светлых.
- Голодронус голодрыгус, - шепнула Ника, улыбаясь уголками губ. С кольца-проволки слетела красная искра. Светлый, на которого она смотрела, на пару секунд замер, а потом начал судорожно поедать все, что лежало перед ним на столе. Вероника рассмеялась.

0

12

Глядя на беседующих Орлиану и Веронику, Ярослава и не думала вмешиваться в беседу, решив подождать, что, собственно, и принесло результат.
- Давай в следующий раз группой пойдем и проверим.
Не зная, между кем разрываться - между Гломовыми или Царь, Вероника села прямо.
Яна довольно кивнула в ответ: мысленно она уже была далеко. Ей, почему-то вспоминался Лукоморсикий дуб, его раскидистые толстые ветки, шумящая на ветру листва, жёлуди, валяющиеся в траве подле могучих корней, уже нещадно избитая годами цепь... Кто вообще, да и зачем, нацепил на дуб цепь? Ероша пальцами красные волосы практически на затылке, она разглядывала большой зал боком: её голова покоилась на руке, локоть упирался в стол. К чему ей вспомнился этот гигант? Да кто бы мог вообще разобраться у неё в голове! Неожиданные бредовые мысли, что иногда выплывают откуда-то, приносят в жизнь разнообразие, так что Склепову всё вполне устраивает.
Яна любит туман, несмотря на то,что он сырой, а запахи становятся приглушёнными и с каким-то запашком болота и сырости, любит, как он обволакивает всё вокруг, скрывает за своей белой пеленой. Кажется: такая лёгкая белая дымка, как она настолько сильно влияет на ощущения? Но она влияет не только на ощущения, но и на атмосферу, придаёт ей особый оттенок загадочности, что ли. Но вместе с тем Ярослава обожает грозу. Когда небо содрогается от оглушительных раскатов грома, когда яркие молнии, одна кривее и ярче другой, резкими, мимолётными и такими манящими движениями срываются с этих серых плачущих небес, такие опасные, могучие, но недолговечные, рассеивающиеся в этом воздухе, словно их появление - просто наваждение. И этот поток воды, что похож на водопад, рассеивающийся, прежде, чем вода коснётся водоёма, а водоём - это наш мир, принимающий влагу, ниспосланную природой. Как правило, грозы недолговечны, но именно это и делает их желанными и долгожданными. В чём радость от обычной мороси? Её нет вовсе, по крайней мере, так уверена Гломова. Ведь, согласитесь, есть в этом гневе природы что-то, что успокаивает человека, дарит ему возможность насладится столько редким проявлением силы природы, не столь опасным, как ураган или цунами, но действительно прекрасным. Нет, вам не нравится? Боитесь грозы? Что ж, у каждого человека своё мнение на этот счёт, но в сердце Ярославы гроза приносит именно покой, хотя и не понятно по какой такой причине. Но несмотря на всё это - она ненавидит дождь и вообще любое скопление влаги, если оно в атмосфере или льётся с неба. Такое вот противоречие. За стенами Тибидохса хлестал дождь. Вовсе не гроза, поэтому Яне, даже ради любопытства не хотелось никуда выходить, пока этот поток не прекратится.

Отредактировано Ярослава Гломова (2011-09-19 21:33:11)

0

13

В тот момент, глядя на Орлиану, Серафим про себя тихо смеялся. Вероника и Орлиана с одной стороны очень разные, но с другой неотделимо похожи. Глянув через плечо на сторону светлых, он нашёл взглядом сестру. Евгения, как и обычно, словно светилась изнутри и выглядела абсолютно счастливой и ничем не обеспокоенной. как и всегда не хочет, чтобы о ней волновались. Усмехнувшись, он мельком глянул и на затылок, что демонстрировала ему сестра. Да, тактичности в ней, как в слоне грациозности.
- С пробуждением, Орлиана. Надеюсь, ты проснулась не благодаря Поручику, - улыбнулся девушке Серафим. - Ника, как ты умудрилась оставить её одну в башне Привидений? - он снова сделал глоток кофе.
Вот кто бездонным желудком пошёл в отца, ну, если не считать Кирилла, который ещё слишком маленький, чтобы поглощать такие большие порции, как отец и старший брат. Откусив от очередного блина, он мельком подумал о матери и отце. "Интересно, сильно ли они волнуются или ждут от нас каких-то подвигов, чтобы в очередной раз получить возможность похвастаться?" - так в тот момент думал Сима, почему-то уставившись куда-то вдаль. Связь была потеряна наглухо, лететь же с Буяна - слишком рискованно. Он даже специально отказался пока от концертов - с Гардарикой совсем не ладится и после прохождения магических сил остаётся слишком мало. Вот поэтому Сима чувствовал себя настолько опустошённым, что был готов спать несколько суток к ряду глубоким, непробудным сном, пока его тело не оправится от столько кошмарного недосыпа: он ведь держится, кое-как, на бодрящих заклинаниях.
До слуха долетело невнятное приветствие Яны, обращённое, к Орлиане. Решив не перегружать желудок с утра, он закончил завтрак 13 блином и с удовольствием допил кофе. У него не проходило ощущение, что Яна всё равно что-то не до рассказала, хотя это могли быть и просто его догадки.

Отредактировано Серафим Гломов (2011-09-20 00:45:14)

0

14

Погода явно не собиралась сдавать позиции, а Боги милостиво забыли о несчастном Тибидохсе, погружая его в пучины ада, точнее бури. А так хотелось наконец-то полетать, насладиться этим чувством свободы, но что тут поделать, если даже на улицу не выпускают. Совсем уж глупо получается: Тарарх пропал на острове, на котором прожил столько лет! Это ж надо до такого надуматься!
Рина тряхнула светлыми кудрями и задумчиво прожевала только что откушенный кусок оладьи. Заявление Ники девушка пропустила мимо ушей, углубившись в такие философские вопросы, как «зачем нужна жизнь»? Такое бывало довольно часто, поэтому Ника должна бы уже привыкнуть к отрешённому взгляду соседки. Но сегодня Олли явно была не в настроении что-либо решать умственно, и просто протянула подруге альбом с незавершённой толстовкой.
- Мне кажется, вы что-то говорили о чём-то важно, пока я вас не перебила, верно?  - Наверное впервые Царь поинтересовалась чужим разговором. Но заскучавшая Рина просто-напросто решила продолжить тему, которую только что обсуждал народ. Мельком взглянув на веселящуюся Нику, Олли глубоко вдохнула и положила Скейтборд на стол перед собой, в явном желании его немного украсить. То, что поставила девушка его на её же оладушки и колёсики испачкала в варенье, ничуть не смущало Рину. Что не делает вещь хуже, то делает её незаменимой вещью, так всегда считала Орлиана.
- С пробуждением, Орлиана. Надеюсь, ты проснулась не благодаря Поручику.
До Рины долетел вопрос Симы. Та задумчиво уставилась в потолок, словно разыскивая в нём ответ.
- Да вроде не из-за Ржевского. Мне просто стало холодно и неудобно! – Олли хмыкнула и достала из сумочки баллончик с ядовито-зелёной краской. Скейтборд на сегодня должен был быть очень пёстрым.

0

15

- Ника, как ты умудрилась оставить её одну в башне Привидений?
- А вот так. Я же безжалостная и вообще ужасно злая, для меня не стоит труда оставить на ночь лучшую подругу в холодной башне, - ухмыльнувшись, произнесла Рони.
Она еще пару секунд наблюдала за пожирающим все подряд светлым. На ее лице все еще сияла тень улыбки, но глаза словно остекленели – девушка задумалась, и очень сильно. Но, к сожалению, мысли были случайными и не очень интересными.
«Как давно я уже в Тибидохсе? Сколько лет провела вне дома. Все те, кого я знала в лопухоидном мире, наверняка уже забыли «ведьму Веронию». Когда я приезжала в последний раз, правда, находились те, кто дрался за меня, но это ничего не значит. Я выросла, они выросли. Я забыла их, они забыли меня. И так всегда. А что будет, когда мы закончим Тибидохс? Уйдем и также забудем друг друга. Хотя, не все забудут нас. Но я в большей степени, ни с кем не общаюсь. В друзьях у меня только Олли и Кирилл. Даже Яна и Серафим, с которыми я сейчас мирно беседую, могут когда-то забыть меня. Такова судьба. И, что странно, меня это даже не трогает. Иногда я размышляю как типичная светлая…»
Рассуждения, безрассудные и бессмысленные, могли преследовать Нику еще долгое время, но она почувствовала рукой шероховатую поверхность альбома Орлианы. Ника взяла альбом, встряхнула головой, чтобы волосы не попали в глаза, и открыла альбом. На страницах мелькали различные кофточки, почеркушки, и многое другое – Олли знала, как использовать свою способность. Наконец, последним рисунком была незавершенная еще толстовка темно-синего цвета, которую Ника еще не видела.
- Хорошая, - произнесла Ника, пробежав взглядом все складочки, шнуровку и узор, - я уже хочу ее померить, - она отдала альбом обратно.
- Так, я пойду уже, наверно. Меня от вида блинчиков и всего остального выворачивает.
Чтобы подтвердить свои слова, Ника поднялась со скамейки и поправила черную сумку. Книга внутри судорожно завыла.
- Нужно сдать книгу. Так что я в библиотеку пойду.
На прощание растрепав волосы Лине, и дернув ее за лямочку ночнушки, Вероника неспешным шагом направилась в библиотеку. Книгу она взяла недавно, и срок хранения ее у себя еще не прошел – так что спешить было не куда. Когда она выходила из Зала, с кольца девушки соскользнула красная искра, - и один мелкий светлый плюхнулся носом в шоколад – а нечего подслушивать мысли.

---> Библиотека

0

16

- Пока-пока, - бросила вслед Нике, Ярослава, не отвлекаясь от своих раздумий. Пожалуй, им тоже пора идти, но Яна ещё не допила кофе и двигаться никуда не собиралась, пока не опустошит кружку.
Допивая чудо-напиток, она щурилась, блаженствуя от чудесного вкуса. Яна - не переваривает арабику: она кислая и невкусная, предпочитает ей африканские сорта, особенно выращенные на стонущей от зноя земле Танзании. У этого сорта: мягкий и приятный вкус, даже аромат, что надо. Мать всегда подшучивала над ней по поводу её пристрастия к этому виду кофе. Несмотря на свою лень, Ярослава готова варить его себе столько сколько потребуется, потому что из зёрен он всегда вкуснее, особенно приготовленный своими руками. Но, несмотря на свою любовь к кофе, она вообще не умеет гадать на кофейной гуще. Кофе - это напиток, а не чаша с предсказаниями - такова её точка зрения и ничто в этом мире не сможет убедить её в обратном.
Сима ждал её, мерно барабаня по столу длинными пальцами, отбивая какую-то до боли знакомую мелодию, но как бы она не силилась - не могла вспомнить. ТАкая простая и приятная мелодия, но чёрт побери, не может вспомнить, хоть Чуму из могилы поднимай и ответа требуй! Наконец, допив таки этот несчастный кофе, она легко встала со скамейки и обратилась к Орлиане:
- Если она опять забудет тебя где-нибудь и ты не сможешь её найти - обращайся, всегда помогу, - она улыбнулась ей и, развернувшись, направилась к выходу.
Уже почти дойдя до лестницы, она почувствовала, что кто-то хочет просверлить в её затылке дырку. Обернувшись, она увидела пристальный взгляд Зубодерихи. Посмотрев на неё, Яна криво улыбнулась и, не торопясь, вышла из зала.
- Сима, - она говорила с довольной улыбкой. - Как думаешь, что мы забыли сделать?

-----> Ангары драконов.

Отредактировано Ярослава Гломова (2011-09-20 23:00:35)

0

17

- Так, я пойду уже, наверно. Меня от вида блинчиков и всего остального выворачивает.
Чтобы подтвердить свои слова, Ника поднялась со скамейки и поправила черную сумку. Книга внутри судорожно завыла.
- Нужно сдать книгу. Так что я в библиотеку пойду.
- Удачи, - сочувственно напутствовал её Серафим, припоминая, что Абдулла, вроде, закончил новую проклятую поэму и рвётся всем её читать.
Мерно отбивая пальцами мелодию, что помнит с детства, но ни разу не смог повторить идеально, он размышлял над тем, как быть с группой, ведь теперь связь с ними потеряна неизвестно на какое время. Но был в этом и плюс - он сможет отоспаться. На самом деле, он много раз думал: почему остался в магспирантуре, почему не посвятил всё своё свободное и несвободное время музыке? Он не знал ответа, жалея об этом только во время очередных экзаменов. Он мог бы уйти столько раз, сколько ему захотелось, но он не делал этого, продолжая разрываться между группой и Тибидохсом. Возможно, его следовало бы побить палками и пинками вышвырнуть, но молодой и красивый решил быть ещё и умным.
Вспоминая годы, прожитые в этих стенах, он не раз думал, что за время его учёбы не случится ничего серьёзного. И вот тебе на. Значит, не зря остался. Всё же, мать его заманила в Тибидохс именно рассказами о том, как много вселого и необычного сваливается на головы тибидохсцев. Близнецы вообще не склонны сидеть за уроками, учить что-то систематически ходить на уроки... Знала это и Гробыня, поэтому пошла окойными путями, мол, терпите горечь, будет вам и мёд. Вспоминая об этом сейчас, он улыбнулся. Вспомнил, и как улетел в Магфорд по обмену. Как ошалел от того, как там всё чинно, строго и по расписанию. Терпел, да терпелка кончилась, но он ждал, пока магфордец сам домой не попросится. Долго, однако. Аж пол гола продержался.
- До встречи, - он кивнул девушке, глядя на то, что она вытворяет со скейтом и отправился за сестрой.
- Сима, - она говорила с довольной улыбкой. - Как думаешь, что мы забыли сделать?
- Поверь, мы много чего забыли, всего и не упомнить, - он усмехнулся и тут то его осенило.
Точно. Они забыли приглядеть за драконами, Тарараха ведь нет, поэтому за ящерами приглядывают игроки сборной. Яна и Сима всё равно часто там ошиваются, ведь прямо за ангарами в конюшне отдыхает Коцит. Вот поэтому чаще других следят за чешуйчатыми. Джины их всё равно боятся. Переглянувшись, они вздохнули и нехотя пошли к выходу из замка.

-----> Ангары драконов.

0

18

ОБЪЯВЛЕНИЕ
Внимание! Первый квест начинается!
Обязательно участвуют те, кто записан. Все идет по сюжету.
Те, кто хотят присоединиться к нам, но не записан - можете присоединиться.

0